Скупая во всем, что касается личных чувств своих действующих лиц, русская летопись отмечает всё же, что суздальскому князю Всеволоду Большое Гнездо было "жаль" своей "милой дочери" Верхославы. Всеволод дал "по ней многое множьство, бес числа злата и серебра", богато одарил сватов и, отпустив ее с великою честью, провожал ее до трех станов. "И плакася по ней отець и мати: занеже бе мила има и млада".
Д.С. Лихачев, Человек в литературе Древней Руси
http://likhachev.lfond.spb.ru/Articles/ch4.htmЛихачев обрывает цитату, оберегая современного читателя. Но мы-то знаем продолжение: "и млада сущи осми лет".